Сергей Климаков (klimakov) wrote,
Сергей Климаков
klimakov

Categories:

"Ебург" Иванова. Ч.5. Литполит

Итак, фактография является слабой стороной «Ебурга». Автор писал быстро «по верхушкам», возможно, из расчета, что неточности впоследствии подогреют читательский ажиотаж и логично вытянут на продолжение темы (второе издание). С другой стороны, массив ошибок «растворяет», укрывает – отводя упреки в прямом ангажировании – и те, которые важны для идеи произведения. Действительно, ну не айс для бэкграунда «героя, совершающего подвиги», факт мошенничества и кражи на доверии – исходя из формата, лучше грабеж – пусть и другая статья УК, но ярче оттеняющий мужское, буйное начало и брутальность натуры (с. 532-533). Подкопаться же конкретно здесь (мол, «выравнивание» ключевого для книги образа) трудно – других ошибок уйма.

Сама идея, которую двигает «Ебург», получила распространение в интеллектуально-политической среде уральской столицы до выхода книги. То есть Алексей Иванов в данном случае Америку не открыл. Еще раз процитируем политолога Д. Москвина: «… Свердловская область оказывается флагманом объективного тренда в России – ухода от классических регионов к новому типу устройства – городам-регионам. Это такие мощные урбанизированные пространства, которые стягивают ресурсы, людей и превращаются в самостоятельных субъектов экономики и политики. Вообще, в целом мире города превращаются в основных игроков. Конкуренция 21 века – это конкуренция между мировыми городами, а не классическими государствами …». Также, в связи с победой Е. Ройзмана на выборах главы города Москвин твердо заявил о праве и возможности Екатеринбурга на «самоопределение … в неолиберальном мире … на основании экономической целесообразности и потребности соответствовать в уровне жизни тому, что ранее именовали «золотым миллиардом».

На эту революционную, не побоюсь этого слова, мысль (политически пока очень многообещающую ее «толкачам») и торопился Иванов-писатель навести прогрессивную часть городских сообществ Екатеринбурга и других потенциальных российских «вольных мегаполисов». Спешка в этом случае понятна – пока он сочиняет, «движуха»-то разворачивается, а идеолог, властитель дум-ВПЗР не может довольствоваться срединой шеренги. Впереди и вперед! И вот со сшитым флагом готовым «Ебургом», уже в авангарде, русский писатель рубит куда круче боязливых за свое реноме политологов и Гельман отдыхает: «Если есть необходимость развиваться и страна не позволяет, то проще ампутировать страну вместе с ее проблемами и развиваться … это … желание идти вперед к комфортной среде».

Кстати, не в особом ли желании попасть в целевую аудиторию, вызвать доверие горожан несложным разговором на равных, кроется неудачное экспериментирование с языком «Ебурга»? Я не против вульгаризмов и фени как таковых – но они использованы в тексте повсеместно «не в кассу» (такая тарабарщина свойственна начинающим осваивать улицу подросткам). Из примеров хотя бы: первый раз в жизни услышал «девята» применительно к ВАЗ-2109-«девятке» и «прессануть ларек» (с.240). Городской жаргон – сильнейшая и увлекательная штука, но продуктивно в своих интересах работать с ним может только тот, кто «плавает» в широчайшем коммуникационном диапазоне города. В этой связи – язык «Ебурга» много уступает языку в ЖЖ Ройзмана. Или песням Александра Новикова.

Далее – о художественных приемах, с помощью которых Алексей Иванов доносил идею «вольного города».

«Эта книга написана в апологетическом дискурсе, то есть с изначальным уважение к тем, о ком я рассказываю, – объясняет нам писатель, – Апологетика – это не огульное восхищение всем, а поиск рациональных оснований. То есть ты, как автор, пытаешься узнать или понять обоснование поступков своих героев и автоматически начинаешь их уважать. Можно их осуждать, не принимать, не любить, но уважать – обязательно. Сейчас апологетический стиль исключение. Основной тон подачи материала сегодня — это усмешка, стеб, хипстерская пренебрежительная поза. Все это позволяет легко самовыразиться на фоне других людей, событий такой дешевый способ самопрезентации. Я такой способ подачи не приемлю».

Ой ли?

Характеристики поэта Дмитрия Рябоконя – «хмурый запойный врун» (с. 381), Дмитрия Соколова из «Уральских пельменей» – «неотесанный мужлан» (с. 522), «Саши Новикова», который «предъявил народу нового романтического героя: ... благородный фарцовщик» (с. 474) – это не стеб?

Еще. Бурбулис, который «в новом статусе удивит неожиданным властолюбием, чванством и апломбом» (с. 109), «дуры» из первого состава «Уралочки», на которых «плюнул» тренер Кильчевский (с. 427), выпавший из окна поэт Роман Тягунов «оп-ля, умер, бля» (! –С.К., с. 381), покойный полпред Петр Латышев, «столичный варяг», с которым в истории с резиденцией «многоопытный и лукавый Россель … расправился словно Тузик с грелкой» (! – С.К., с. 378). Разве не граничит с хамством?

Согласен, апологетика есть, ее много по отношению к избранным фигурам – в первую и главную очередь это Баков, Ройзман, Ельцин, Россель, Чернецкий, ОПС «Уралмаш», «Малышева-73».
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments